АКАДЕМІЧНИЙ МУЗИЧНО-ДРАМАТИЧНИЙ ТЕАТР ІМ. ЛЕСІ УКРАЇНКИ

Эксклюзивное интервью с режиссером театра и актерами во время карантина
28.05.2020
Философия жизни и любви
05.08.2020

Эксклюзивное интервью с Анатолием Вертиём

Газета “Любимый город”
10 июня 2020
Автор: Виталий Баранник

АНАТОЛИЙ ВЕРТИЙ: «Все, что происходит на сцене – это обман, но зрители принимают этот обман, если ты сыграешь правильно».

Анатолий Иванович, если не ошибаюсь, то в этом году вы будете отмечать 40-летний юбилей работы в нашем театре?

– Да, 1-го апреля 1980 года, я переступил порог нашего городского театра и служу в нем уже 40 лет с перерывом на службу в армии. В 2000-м году, когда мне было 40 лет, мы совместили мой юбилей и 20-летие работы в театре, и у меня был большой бенефис – «Иду на «бис» или 20 лет спустя». В этом году в качестве бенефиса мы готовим спектакль «Иллюзионисты».

Репетиция спектакля “Иллюзионисты”

А когда Вас призвали в армию?

– В том же 1980-ом году. Весной я пришел в театр, а осенью ушел в армию. Я кстати, должен был служить в «Ансамбле песни и пляски», но не попал в него по чистой случайности. Из-за нелетной погоды не смог прилететь самолет, на котором меня должны были доставить к месту службы. И мне говорят в Днепропетровском военкомате: «Да, заявка на вас есть, но самолет не прилетел, так что становитесь вон в ту очередь». Ну я и встал. Нас опрашивал и распределял по командам какой-то майор. Передо мной стоит парень, он его спрашивает: «Профессия?» Тот отвечает, что он музыкант, окончил музыкальное училище по классу «Скрипка». Майор ему в ответ: «Скрипач – это не профессия!» и далее уточняет, как тот себя чувствует под землей. Что-то себе отметил, подзывает меня: «Профессия!?». Я отвечаю, что профессия у меня – «актер театра и кино», что я окончил театральное училище. Он на меня так посмотрел и уточняет: «Клоун, что ли?» И я сразу понял, куда я попал. В итоге нас направили служить в главный штаб ПВО в Москве, в роту связи.

Тяжело было служить?

– Всякое бывало. И «дедовщина» у нас была. Она везде была в армии, но у нас в ПВО – особенно. Дело в том, что после войны в ПВО призывали в том числе и бывших зеков. Почему-то считалось, что они более грамотные. Вот они и занесли в армию свои «лагерные» порядки.  Поэтому было тяжело. И многие служившие в ПВО не выдерживали. Некоторые сами просили перевести их в Афганистан, куда только ввели наши войска, а некоторые просто убегали. Но я как-то все это выдержал. Хотя и ансамбль у нас там был, и я два года Дедом Морозом был на Новый год. Но как бы там ни было, армия не забывается. Все служили в то время. Кстати, можно было после службы остаться в Москве, но я вернулся в театр. А мой друг Ефим Александров, с которым мы вместе учились в Днепропетровском театральном училище, остался. Он даже когда служил в армии, а он вообще служил в стройбате, умудрился поступить в ГИТИС. Потом много работал на эстраде, в том числе и у Владимира Винокура в Театре музыкальных пародий. Но я молодой был, горячий, и сразу после демобилизации «рванул» в Днепродзержинск.

Этот «пробел» в актерской работе из-за службы в армии сказался как-то на Вашей актерской  карьере?

– Нет. После возвращения я сразу начал играть на сцене, в том числе и главные роли.

Давайте вернемся к пьесе «Иллюзионисты». Она Вам нравится?

– Да, в ней есть за что зацепиться и что поиграть. Подвести какую-то маленькую промежуточную черту, показать то, что я сумел накопить в себе как актер и сейчас это выдать. Главный герой спектакля – артист Казимир Кант. Ему исполняется 60 лет, и он «выпендривается» изо всех сил, показывая, какой у него накоплен «актерский багаж» за 40 лет, проведенных в театре. Не буду скрывать, что в этом герое я нахожу какие-то схожие с собой черты. Только если Казимир Кант жалуется, что до 60 лет он практически не играл главных ролей и вот только теперь все главные роли – его, то у меня актерская судьба сложилась более удачно. Главные роли я начал играть сразу как пришел в театр. Если вспомнить спектакль «Севастопольский вальс», то в нем я в 23 года играл Героя Советского союза, что в те времена это значило очень много.

Спектакль “Наталка-Полтавка” А.Вертий в роли Макогоненко

Актеру играть на сцене актера проще или сложнее?

– Сложнее. Если я играю на сцене не сталевара, не художника, не поэта, а актера, то мне надо владеть профессией так, чтобы зрители действительно сказали: «Да, верим». Не переиграл, не наиграл, а сыграл «в точку». Чтобы показать всю сущность профессии артиста нужно мастерство. Ведь кто такой артист? Это иллюзионист. Мы, по сути, обманываем зрителей, и они нам верят. Именно поэтому и пьеса называется «Иллюзионисты». Все, что происходит на сцене – это иллюзия, обман. Но зрители принимают этот обман. Принимают, если ты сыграешь правильно. В пьесе у Казимира Канта есть такие слова: «Зал легко убедить в твоей смерти на сцене и заставить плакать, но когда ты умираешь по-настоящему, то зритель только легко вздыхает».

Анатолий Вертий

В какой стадии готовности спектакль и когда его смогут увидеть зрители?

– Трудно сказать, когда будет премьера. Мы же до сих пор репетировали только в онлайне и разобрали пока первый акт. На сцене еще репетиций не было. Очень сильно зависим от ситуации с карантином. Так что думаю, что скорее всего где-то в сентябре сможем показать этот спектакль.

Чем спектакль «Иллюзионисты» может быть интересен зрителям?

– Я думаю, что зритель должен понять, что какими бы иллюзиями их не увлекал и не обманывал актер, кого бы он не изображал на сцене, как бы он не кривлялся, но самыми важными для него и для окружающих остаются его настоящие человеческие качества. И вот эту мысль мы постараемся донести до зрителя. Именно поэтому данный спектакль нельзя назвать простой комедией, хотя смешных и забавных моментов в ней много. Финал спектакля, уверен, сможет тронуть зрителей. И зритель поймет, что под маской актера скрывается обычный человек, который переживает свои неудачи, которого гложет разрыв с дочерью, который понимает, что жизнь подходит к концу и особо ничего он в этой жизни не достиг.

Вы говорили, что играли много главных ролей, но в Вашем активе есть и небольшие роли, которые очень любимы зрителями. Я, например, в восторге от Вашего «господина дежурного» в «Летучей мыши».

– Да, это замечательная роль. Там, во-первых, текст написан просто шикарно. Роль, хоть и маленькая, но очень яркая. Дежурного раньше играл Борис Николаевич Попов. Играл особенно, играл по-своему. А когда он ушел из жизни, то на эту роль приглашали актеров из Кривого Рога и Днепра, но как-то у них «не пошло». И я даже не думал, что эту роль предложат мне.  В свое время, в «Летучей мыши» я  играл Генриха Айзенштайна, но теперь его играют  более молодые актеры. Но тут мне Сергей Анатольевич Чулков предложил ввестись на эту роль, и я как-то нашел, как-то уловил, как ее нужно играть. Пьяного играть тоже сложно – «перегнешь» палку и зрителям уже будет неинтересно смотреть. Нужно тонко чувствовать грань. А там же такая грань, что чуть-чуть за нее переступишь и сразу видно, что это «наигрыш». Но зрителям мой «дежурный» нравится. Я это чувствую. Паузу выдержал, и зрители тебе сразу аплодируют. Мы возили этот спектакль и в Запорожье, и в Днепр и везде его принимали «на ура».

Оперетта “Летучая мышь”. А. Вертий в роли дежурного тюрьмы

Вы сейчас являетесь одним из самых старших и опытных актеров театра. Делитесь как-то своим опытом с молодыми актерами, они прислушиваются к Вашим советам?

– Сейчас в театре нет практики наставничества, которая была раньше. Когда я был молодым актером, то у меня был официальный наставник – Борис Николаевич Попов. Признаюсь, что серьезно к этому мы не относились, но тем не менее практика такая была и какие-то знания я у него перенимал и даже какие-то отчеты готовил. Сейчас этого нет. Сейчас приходят молодые актеры, которые считают, что они все знают и все умеют. Конечно, прислушиваются иногда к моему мнению. Не без этого. Но это скорее исключение, а не правило. Я же помню, что в театр пришел, таким же, как и они. Только у меня желания играть было больше. Совсем другое тогда было время. А может я тогда просто был более одержимый. Хотя я никогда не кричал: «Любите ли вы театр, как я его люблю!? Я готов положить всю свою душу, все свое сердце на служение театру!» Такого не было. Это просто работа. И слава Богу, что ролями я не был обделен никогда.

Спектакль “Не пришить ли старушку?” Борис Попов и Анатолий Вертий 1988 год

Какие у Вас есть увлечения, кроме театра: книги, шахматы, рыбалка?

– Нет, особых увлечений у меня нет. Все свое время посвящаю семье. Раньше были две маленькие дочки. Дочки выросли и одна из них родила мне внука. Теперь вот воспитываю внука. Рыбалкой, кстати раньше увлекался, но сейчас забросил. Хочется, конечно, иногда взять удочки, сесть на велосипед и отправиться на речку, но все не хватает времени. Я всегда считал и говорил, что семья – превыше всего, а все остальное – второстепенно.